Недавно в комментах образовалась одна интересная тема, из ряда вечных, я хочу прояснить свое отношение к ней путем жизненной аналогии.
Представьте: вы, мисс Х, выступаете на важной конференции с докладом. Аудитория внимательно вас слушает. Это понятно: мисс Х успела снискать себе определенный авторитет и репутацию. Как вдруг, откуда ни возьмись,
маленький комарик возникает некий чел, назовем его мистер Y, и покрывает вас потоком диффамаций. Конечно, вы помните, что были с мистером Y знакомы, даже сотрудничали, в какой-то мере, но потом расстались из-за разности характеров. Казалось бы - ну и чего? Расстались и расстались, каждый идет своей дорогой, вольному - воля, а спасенным - рай. Так нет же! мистер Y сам себя не простит, если на этой важной конференции не скажет о вас гадость. И хоть бы он по делу клеветал, его бы можно было как-нибудь понять и оправдать. Честная публика в недоумении: а чойта он? нет ли под дымом огня?
Тут, конечно, сразу же находятся общие знакомые. Один из них, назовем его мистер Z, умница, всеобщий любимец, в жизни мухи не обидит, добрейшей души человек, аки голубь мира, обращается к мисс Х и мистеру Y:
- Дорогие мои! Не ссорьтесь. Я не берусь судить, кто прав в вашем конфликте, но я вас одинаково люблю и уважаю... Пожалуйста, не ссорьтесь!Чуете, где здесь Собака порылась?
Мистер Y, ободренный поддержкой, сама собой, усиливает натиск: шутка ли, его признали стороной конфликта! Не зря, выходит, сюда полз. Он, оскорбитель, на равных с оскорбленной! Ох, он теперь задаст такую трепку этой сучке...
Мисс Х в тревоге и недоумении: о каком-таком конфликте толкует милый мистер Z, который набивался ей в друзья? Между нею и мистером Y нет и не может быть никакого конфликта! Мистер Y занимает столь ничтожное место в ее прошлом, что она бы и не вспомнила о нем, если бы он не досаждал ей.
Мисс Х и рада бы быть выше, просто пройти мимо оскорбителя, не замечая его, - но провокация уже сделала свое черное дело: основная тема встречи забыта, публика муссирует новую тему и жаждет раскрытия. Чем бы ни завершился скандальчег, душок останется, и это крайне неприятно.
А миротворец мистер Z знай себе тянет любимую ноту:
- Ребята, давайте жить дружно...Узнали, да?
Конечно, никакой это не мистер Z; прочь маски, на арене наш старый знакомец из деццтва - кот Леопольд. И он, конечно, никакой не миротворец, за ним нет силы (а сила, как мы знаем, в правде), он просто хочет быть хорошим для всех. Хочет и мисс Х понравиться, и с мистером Y не поссориться, и перед публикой предстать в оливковом венце.
А в жизни так не бывает. Наивно и опасно ставить на одну доску правого и виноватого, нападающего и подвергшегося нападению. Агрессора невозможно умиротворить, его можно только остановить. Приходит время выбирать, с кем ты, мастер разговорного жанра, - с мышами, охуевшими от увещеваний и вседозволенности, или все-таки с нами, с людьми. Если сам не делаешь такой выбор, его приходится делать за тебя, как это ни печально.
Друг человека, объявившего себя моим врагом и действующего как враг, никак не может быть мне другом. Да, я могу общаться с ним, могу уважать его, могу, где-то, в чем-то, даже восхищаться им, но доверять ему я не могу: пока все хорошо, с ним хорошо; но как только что-нибудь разладится в привычном ходе вещей, он живенько слиняет в кусты, "дружба" развеется, как морок. Так что уж лучше обойтись, не доводить до ручки. На свете множество других добрых людей, которые не станут приносить мое доверие в жертву сомнительному "миру" с дураками и хамами. А горе-миротворцы ничего не обретут, кроме звенящей пустоты вокруг себя.